You are here: Экспедиции МПО BEUCHAT EXPLORERS «Рыба Зверь», или на Дону на Доне

«Рыба Зверь», или на Дону на Доне

DSC_3388

"Нужно бежать со всех ног, чтобы только оставаться на месте, а чтобы куда-то попасть, надо бежать как минимум вдвое быстрее!"
Л. Кэрролл. Алиса в стране чудес.

Я не случайно вспомнил эту фразу, ведь я живу в Москве, и именно к нам, жителям мегаполисов, она как нельзя кстати подходит. Несмотря на то, что в городе родился и вырос, я никак не могу привыкнуть и приспособиться к такому бешеному ритму и суете.

– А что это за звуки, вон там? – спросила Алиса, кивнув на укромные заросли симпатичной растительности.
– А это... чудеса, – равнодушно пояснил Чеширский Кот.
– И что же они там делают? – поинтересовалась девочка.
– Как и положено, – Кот зевнул. – Случаются.

Вот Вам и еще одна цитата из знаменитой сказки. Меня всегда куда-то зовут эти «укромные заросли симпатичной растительности», зовут для того, чтоб оторваться от города и увидеть, как случаются чудеса. Судьба распорядилась так, что мы живем в самой удивительной стране, в стране с богатейшей историей и бескрайними просторами. И нескольких жизней не хватит, чтобы везде побывать! А ведь так хочется... Поэтому от каждой своей поездки я с нетерпением жду нового открытия, и оно происходит, поверьте!

На этот раз маршрут родился спонтанно, и, как всегда, мне выпадает «восьмерка червей», что означает дальнюю дорогу и приятный разговор. Заскочив, как водится, на пару минут в редакцию, всегда воодушевленный новыми идеями Георгий спрашивает: «Какие мысли, куда планируете?» – «Даже не знаю. Время года сейчас сложное...»

И действительно, ударили первые морозы, а потом во всех регионах наступила оттепель с дождями. Дороги развезло, и вода во многих водоемах помутнела. Поздняя осень. Минутное раздумье, и мы вспоминаем о том, что уже в течение нескольких лет нас приглашают на рыболовную базу отдыха «Рыба Зверь», что на Дону в Волгоградской области. Георгий звонит друзьям с базы и в ответ: «Приезжайте! Такой чистой воды мы уже лет сто не видели!»

Прогноз погоды сулит нам чистое ясное небо и легкий, бодрящий морозец. Беру необходимые мне контакты связи и готовлюсь «выстрелить» в любой момент. Договариваюсь на работе о том, что буду отсутствовать недельку (меня там очень понимают), и собираюсь. Но было бы неплохо еще кого-то с собой взять, ведь в компании все веселей. Дни короткие, и одному быстро проверить акваторию будет сложно, да и вечером с кем обсудить, поболтать? Понятно, что не у многих есть такая возможность, хотя, я считаю, было бы желание. И вот после очень короткого общения на нашем форуме нашелся «доброволец». Я читал его рассказы и отчеты, и они, на мой взгляд, были очень яркими. Сразу было видно, что человек творческий, любит свою Родину, отлично владеет русским языком. «Почему бы нам не создать некий авторский симбиоз?» – подумал я. Зовут его Альберт, по форуму он вам знаком как AltArt. По образованию филолог, некогда работал учителем русского языка и литературы, в настоящее время художник-реставратор. В этом рассказе вы увидите продукт нашего совместного творчества и по достоинству, надеюсь, оцените его.

Итак, у нас уже есть два экипажа из двух охотников. На случай какого-то форс-мажора нам необходим «дублер», и я вспоминаю, что мой один очень хороший товарищ из Белгорода тоже предлагал поехать на Дон. Это Сергей Esaul. Он года два тому назад приглашал меня на Оскол, познакомил нас еще с одной замечательной рекой, и мы об этом писали на страницах журнала. Звоню ему, и он с уверенностью говорит, что тоже едет. Отлично! У нас три экипажа: «Белгород», «Московская область» и «Москва».

IMG_4537     

Экипаж «Москва» в моем лице стартует на день раньше остальных, дабы прибыть на место первым как организатору, ознакомиться с условиями и, в случае чего, дать остальным участникам необходимые рекомендации. На всякий случай у каждого в снаряжении было все необходимое для организации кемпинга прямо на берегу в спартанских условиях. В дальнейшем, правда, из всего этого нам пригодятся только газ и плитка. В двенадцатом часу ночи прибываю в город Серафимович, названный так в честь советского писателя. Главное произведение Серафимовича, ставшее одним из самых значительных явлений послеоктябрьской литературы, это повесть «Железный поток» (1924). В ней изображены реальные события Гражданской войны – поход Таманской армии под командованием Е.И. Ковтюха. Ранее это была казачья станица Усть-Медведицкая, основанная в 1589 году. Станица являлась центром Усть-Медведицкого округа Области войска Донского. По переписи 1897 года население составляло 5 805 человек, из них: дворян – 739 человек, казаков – 2632 человека. Изначально располагалась на левом берегу Дона, но поскольку во время весенних паводков поселения постоянно затапливались, людям пришлось переселиться на правый (более высокий) берег реки Дон. Самым первым переселенцем стал монах Птахин, в честь которого был назван овраг, располагающийся на территории поселения.

Сегодня это тихая провинция. В такой поздний час тут почти нигде не горит свет и не ездят машины. Такое ощущение, что все спят давно. Ехать на базу и стучаться в незнакомые ворота как-то не совсем удобно, тем более что я обещал прибыть утром. Нахожу гостиницу в Серафимовиче и остаюсь на ночлег. Часов в восемь утра меня будит шум бурлящей городской провинциальной суеты. Кто-то спешит по делам, коммунальщики наводят порядок на улицах, подрезая сухие ветки кустов и деревьев, по узенькой дорожке туда-сюда снуют легковушки «лады» и автобусы ПАЗики. Погода замечательная: солнце, голубое небо, морозец. Собираюсь, сдаю ключи от номера и делаю неспешный круг на своей машине по городу. Подъезжаю к стенам древнего монастыря и любуюсь видами Донских просторов.

Далее мчусь на базу, где меня уже должны были ждать. Сторож Сергей проводил меня к нашим комнатам. База впечатляет с первых минут – чистая, ухоженная, с очень симпатичными домиками и аллейками. Кругом идеальный порядок и очень приветливый персонал! База уже закрыта на зимний период и гостей нет, но для нас сделано исключение и в домике тепло, есть душ, горячая вода, холодильник и прочие блага цивилизации, включая спутниковое TV. Единственным недостатком было всякое отсутствие сигнала связи моего оператора связи (МТС), но все остальные вполне четко работали. Все обстоятельства внушали оптимизм. Разгрузив вещи, я решил прокатиться по окрестностям, чтоб к прибытию остальных команд уже располагать какими-то данными о потенциальных местах охоты. Промчался до впадения Хопра в Дон. Места красивейшие! Практически на любой понравившейся точке можно встать палаточным лагерем. Правда, вода в Дону не так часто бывает такой прозрачной для нашего увлечения, как сейчас. «Рыба Зверь» позиционируется как рыболовная база и специально подводно-охотничью ветвь не пропагандирует. Но! Если поздней осенью, когда вода в Дону светлеет, вы задумаете там остановиться, вам всегда будут рады и окажут всяческую поддержку. Проведя небольшую экскурсию по окрестностям и отметив перспективные для нас точки, я вернулся на базу, куда, по моим подсчетам, в течение часа должна была прибыть команда «Московская область». Мне жуть как не терпелось войти в Дон, но я решил-таки дождаться ребят, чтобы познакомиться и все показать на месте.

DSC_3401     DSC_3402

Теперь, с вашего позволения, передаю «перо» Альберту, и он поведает нам о своих впечатлениях об увиденном.

Рассказывает AltArt:

Течет реченька, течет реченька, бережочек точит…
(из старинной донской казачьей песни)

О планирующейся поездке на Дон я узнал со страниц форума. Чтобы никого не утомлять перепиской, созвонились с Володей «Явром» и договорились о том, что встретимся и познакомимся уже на месте. На фоне последних безрадостных и сереньких дней с низкой облачностью и чахоточной погодкой вдруг вечером накануне – вызвездило! И унылый ноль поменялся на бодрый минус.

Отправлялись мы с моим другом Борисом рано. Дорога была на удивление свободной – ни тебе фур, ни ремонта путей, ни светофоров. Одним словом, никаких переживаний и нервов в дороге за более чем 1000-километровый пробег. (Все это начнется позже.) Чем ближе к югу, тем холоднее. И вот за бортом уже минус семь. В Волгоградской области останавливают стражи дорог. На последней остановке забыл включить фары. Солнце же... Придется смириться с неизбежной паузой. Протокол! Разговорились. «На рыбалку?» – «Вроде того, – отвечаю. – Если прозрак будет…» И вижу, как зависает рука с ручкой над «фицияльной грамотой». Подвох?! Пообщались на тему местных водоемов и добытых хвостов. Протокол составлен. «Сколько?» – интересуюсь я. – «Предупреждение тебе. На память о добрых волгоградских гаишниках».

Ландшафт все больше пестрит облетевшими стройнягами – пирамидальными тополями. Все меньше леса, все больше балок и живописных оврагов, где на вольном выпасе встречаются не очень тучные, но все же и не маленькие стада коровок, небольшие табуны лошадей у курганов.

«А там, за курганом, где свищут метели,
Морозы лютые зимой трещат,
Где сдвинулись грозно и сосны, и ели,
Казачие кости под снегом лежат»

Солнце еще высоко, а мы уже подъезжаем. Двигаемся по мосту через Хопер. Радует глаз темная отраженная синева реки. То же ощущение было и от Медведицы. А ведь искомая нами база «Рыба Зверь» находится аккурат между устьями этих водоемов, впадающих в Дон. Проезжаем Усть-Хоперскую, от которой до базы две версты. В этих местах разворачивалось действие «Тихого Дона» Шолохова, романа-эпопеи, который я прочел не раз еще с юности.

«Против станицы выгибается Дон кобаржиной татарского сагайдака, будто заворачивает вправо, и возле хутора … вновь величаво прямится, несет зеленоватые, просвечивающие голубизной воды мимо меловых отрогов правобережных гор, мимо сплошных с правой стороны хуторов, мимо редких с левой стороны станиц до моря, до синего Азовского. Против Усть-Хоперской роднится с Хопром, против Усть-Медведицкой – с Медведицей, а ниже стекает многоводный, в буйном цвету заселенных хуторов и станиц.» (М.А. Шолохов «Тихий Дон»)

Около трех пополудни мы были на месте. Володя давно ждал нашего прибытия. В воду не заходил. Сторож и егерь Сергей, радушный и веселый, повел знакомить нас с «базом» (так «по-казачьи» двор, хозяйство), попутно рассказывая о том, на каких деревьях летом тут подвешивали 30-ти, 50-ти, 100-килограммовых сомов. Считается, что скорость течения Дона практически на всем его протяжении относительно небольшая. Эта особенность отражена коренным местным населением в эпитете названия реки – «тихий Дон». В песнях донских казаков река именуется «Дон-батюшка», «кормилец Дон», тем самым ярко отражая характер, величину и значение Дона – живоносной вены моей страны и ее истории.

С высокого крутого берега видно на десятки километров. Ширью и мощью Реки впитано так много славных и горьких, трагических и светлых страниц истории нашей великой и многострадальной Родины. Из-за Дона сотни лет грозили Руси и России ее вороги лютые, жгущие и уводящие в полон… И само казачество на протяжении своей истории рождало бунты, вольницу и неповиновение власти царской. «С Дону выдачи нет», «Царствуй, царь-государь, в стольной Москве, а мы, казаки, – на Тихом Дону», «Секи меня турецкая сабля, да не тронь меня царская плеть» – эти казачьи пословицы характеризуют вольный дух народа, искони здесь живущего.

И лишь многие годы спустя рубежи страны укрепили воины и хлебопашцы, пустившие здесь корни, создавшие удивительную культуру, в которой переплелись лирика и суровость беседных и строевых песен; терпение и трудолюбие крестьянина и джигитовка лихого вояки… Народ, возделавший эту землю, а в лихую годину с оружием в руках защищавший страну от врагов. И не было удалей и умелее того воинства.

«Не сохами-то славная землюшка наша распахана… Распахана наша землюшка лошадиными копытами, а засеяна славная землюшка казацкими головами, украшен-то наш тихий Дон молодыми вдовами. Цветен наш батюшка тихий Дон сиротами, наполнена волна в тихом Дону отцовскими, материнскими слезами».

DSC_3388

По крутой лестничке спускаемся к воде. У самого уреза плавают блюдообразные ледышки. У берега мелко, прозрак оценить сложно, но общее впечатление – «звенит»! Вечереет. Володя решается на вылазку. А нам бы с устатку принять… Эээ… («ванну, выпить чашечку кофе» – благо, для этого есть все условия) горизонтальное положение и предаться глубокому и освежающему, хотя бы часовому, сну.

Проводив на реку Явра, отправляюсь домой. Часа через два к нашему ужину и разговору присоединился и основной «разведчик» Beuchat Explorer. Более полноценным изучением места решили заняться завтра с утра, тем более ждали еще двоих подвохов из Белгорода.

Рассказывает Yawor:

Как вы уже успели догадаться, я выкроил минутку, чтоб понырять. Времени у меня было совсем немного, так как солнце клонилось к закату, а после и вовсе исчезло за холмами. От сторожа Сергея я узнал, что на противоположном берегу от базы, чуть выше по течению, начинается интересный рельеф. Это ямки до семи метров, бровки и сплошняком коряги. Таким образом, с самого начала для нас я отметил две самые перспективные точки для охоты. Точка на впадении Хопра в Дон и точка напротив самой базы. Переплыв на другой берег, пройдя пешком по берегу, я поднялся чуть выше по течению, но до самой ямки и коряг не дошел (темнело быстро). Вошел в реку и по диагонали начал проныривать участок, чтобы выйти к базе. Течение в Дону сильное, и пловца несет здорово. Глубины оказались совсем небольшие, метров до четырех. Дно – белый песок, встречаются галечные перекаты, бровки-барханчики. Практически на каждом нырке я встречал судачат по килограммчику и чуть более и красавиц-стерлядок, стоящих на белом песке стайками. К последним у меня особые, трепетные чувства, и я ни за что не причиню им вреда. Все это вселяло надежду в завтрашнюю охоту!

Где-то в начале одиннадцатого вечера прибыл экипаж из Белгорода в составе Сергея и Романа. Ромка молодой, но очень перспективный охотник. Думаю, его трофеи вы не раз еще встретите в нашей «Книге рекордов». Все мы прилично устали с дороги, поэтому, долго не засиживаясь, улеглись спать в наших комфортабельных каютах.

Совсем мне не хочется обрезать или исправлять текст своего соавтора, поэтому давайте все будем воспринимать как некий диалог участников.

Рассказывает AltArt:

Утром следующего дня небо чуть затянуло прозрачной пелеринкой облаков. Но солнце было где-то рядом, временами подмигивая золотистым лучом. Ребята и Володя решили съездить к устью Хопра, что в 12 км от базы. Перспектива ехать на лодке с мотором (о чем ранее договаривались с хозяевами базы) у всех вызвала острый приступ неприязни. Околевать на ледяном ветру в дюральке желающих не оказалось. В машине как-то веселее.

Рассказывает Yawor:

Посовещавшись за завтраком, мы пришли к решению разделиться на две команды и в один день исследовать запланированные точки. Я с Белгородскими отправляюсь на Хопер а Альберт ныряет возле базы. В случае, если одна из точек работает лучше, на следующий день отправляемся туда полным составом.

Вот мы и в Хопре! Теперь я понимаю истинное значение этой фразы. Хопер впадает в Дон с левого берега, стало быть, нам нужно форсировать его, и с учетом силы течения делаем это, как водится, по диагонали, заведомо пройдя небольшой отрезок по суше. Мощный поток быстро доставляет нас на устье. Тут, по словам егерей, ямка. Ямка в хороший год вымывается до тринадцати метров. Я люблю нырять глубоко и остаюсь над ней. Белгородская «банда» устремляется на изучение стволов деревьев, застрявших в Хопре. Первый нырок в яму из-под самого порога Хопра роняет меня на восемь метров. Резкий свал в глубину сопровождается маленькими коряжками и обломками известняковых пород. Дно слегка заилено. Течением не давит, вполне комфортно, темно... Приходится подсвечивать фонариком. На удивление пусто.

Делаю второй заход, предварительно сняв с пояса пару килограмм свинца, и уже спокойно иду по самому дну ямы. Ил резко заканчивается, и я нахожу некое подобие галечного подиума. А там! Вот тебе, пожалуйста, и судак, и подлещик, и еще какая-то селедочка. Название местное, честно сказать, забыл. Все рыбки находятся на своих уровнях. Судак держится на самом дне. Ведет себя спокойно и прекрасно уживается со стерлядкой, которая тут тоже то и дело встречается. Подлещик кружит чуть ото дна, образуя собой живой хоровод вокруг меня. Высота стаи выше метра! А на самом верхнем этаже хоровод поменьше, из этой самой «селедки». И все это только над галечным подиумом. Дальше опять ил и пустота. Несколько раз я туда падал только для того, чтобы просто полюбоваться этим пестрым зрелищем. Добыть кого-то? Пожалуй, нет. Ведь размер самого крупного судака не более полутора килограмм. Продолжая проныривать яму, я понял, что она делится надвое. Делится крутой песчаной стенкой, и образуется таким образом две ямы в одной. И в первой, и во второй картины одинаковые: как только заканчивается ил и начинается твердое дно, так сразу появляется рыбка. На выходах и на свалах уже никого. Решаю возвращаться на берег к машине и вижу, что ребята того же мнения.

DSC_0023

- Ну что там в Хопре, Серег?
- Ничего! Вообще ничего. Коряги такие хорошие и все пустые.
- Ром, а у тебя как?
- Видел на краю ямки судочков – мелкие. Черепаха спит в камнях. Больше, пожалуй, ничего особенного.
- В ямку нырните гляньте!
- Да ладно, поехали. Холодно уже.
- Погнали на базу! Посмотрим, как там у Альберта дела!

И действительно, ветер сегодня очень сильный и холодный. Пояс расстегиваешь, а он как висел на тебе, так и висит! Прыгаем в седло и уже через пять минут дома. Теплые домики, горячий душ. По базе галсы нарезает Борис.

- Как дела, Борь?
- Пойдемте лодку спустим! Альберта до сих пор нет!
- Да погоди ты панику поднимать. Мы же подвохи, у нас жабры!

Беру из машины бинокль, и мы идем на берег. Всматриваюсь... Вижу его буек. Р-р-ру-к-ки дрожат от холода, и я с трудом фокусируюсь.

- Вот он! Ныряет! Бери оптику, Боря, смотри.

Что-то его там по-настоящему зацепило, и он, несмотря на то, что достаточно прохладно, продолжает изучать коряжки.

- Отлегло...
- Я пойду сейчас к нему!
- А ты же замерз весь?
- Замерз, но пока я до него доплыву, то уже десять раз вспотею.

Встаю на ласты и иду на противоположный берег.

Рассказывает AltArt:

Я отправился на противоположный высокий белый песчаный берег, где в закоряженных ямах меня трепетно ждали сомы, судаки и прочая стерлядь. Чисто покрасоваться. Борис – мой друг – никак не обретет подвоховский дух, хотя довольно давно одет, обут и вооружен. Потому и взял с собой спиннинг.

Учитывая, что ныряю в «семерке», более чем на два часа не рассчитывал, о чем Боре и сказал. Взял с собой надувной плотик и двинулся. Мелко. Белый песок. Легкая светлая взвесь. Видимость около полутора метров. Примерно с середины – мощное течение, относящее далеко от места охоты. И с самого начала была выбрана неправильная тактика. Как в небольших речках, где в основном мне приходилось охотиться, пошел я против течения. Плотик бросил на берегу. И пока добрался до закоряженного глубокого участка, вымотался. В отдельных пеньках и корчах стояли судаки. Но такие резвые, что взять их у меня никак не получалось. Больше двух кил не встретил, в основном экземпляры под кило. «Возвращенцев» при повторных нырках не находил. На течении ни зацепиться, ни дыхание восстановить, ни места удержать. Глубины, по ощущениям, 4–6 метров. Перспективные точки с коряжником, который сверху невидим, он в 10–30 метрах от берега. Зато не замерз! И два часа пролетели незаметно. К этому времени на кукане болтался единственный килограммовый судачок.

Желанный завал поначалу произвел очень сильное впечатление. Стрежень то ближе, то дальше от изрезанной береговой линии. То тут, то там торчащие из глубин мощные пни и ветки, течение и обратка. Ну красота же! И красота эта тянется метров 200–300! Первые нырки. Многоярусные завалы из стволов, сучьев, корневищ, обвешанных джигами и блеснами. Глубина 4, 5, 7 метров и глубже. Песок, илистые наслоения местами. Вот кто-то немаленький, подняв клубы мути, уходит вперед. Судя по фрагменту хвоста – судак. Вот еще. Подкрасться незаметно не получается. Ну ничего, эвон какая поляна-то.

DSCF0740     DSCF0737

Крадусь дальше – пусто! На всем протяжении! Изредка мелкие шугливые судачишки. Даже бели никакой. Полное ощущение того, что Рыба где-то рядом, но наши пути не пересекаются. Как позже выяснилось, на этот завалище я потратил еще два часа. Замерз основательно. Назад. Доплываю до своего «маркера». И вижу – по берегу шлепает ко мне Явр, что-то насвистывая себе под нос.

– Борис там почти в обмороке. Он тебя потерял!

Выясняется, что парни ничего не взяли ни на Хопре, ни на том участке Дона, где нырял Володя. Вернулись. Борис через два часа начал переживать. Исхлестав джигами изрядный отрезок реки, он ничего не добыл, что неудивительно. Мелко, ровно, голо. А на том берегу растворился в серой зимней воде могучей реки ластоногий друг. И не видать его чадунюшку, и не слыхать шевеления надводного…

Да, нам надо тщательней готовить тех, кто остается нас ждать на берегу. Просто я чуть подзабыл, как в свое время жена все намеревалась с ножницами добраться до моей гидры в первый мой год нырялок в ближайшем водоеме. Время на воде движется иначе. Явр остается, чтобы пройтись там, где мне никого не удалось встретить. И только после горячего душа прилеглось мне почитать последний номер «МПО», в дверь стучится Володя в костюме. Загадочный такой. «Пойдем, – говорит, – на берег с фотоаппаратом! Там, это… увидишь, в общем».

Там лежало ЭТО...

Рассказывает Yawor:

Пообщавшись с Альбертом и выведав у него, что он видел крупного судака, решаю пройтись по его следам, может, мне повезет хотя бы тоже что-то увидеть. Солнце еще достаточно высоко, я согрелся и вполне способен обнырять местные коряги. Ныряю, видимо, чуть глубже его, так как мне практически на каждом нырке встречается клыкастый. И все как на подбор – кило/полтора. Нырять на этом участке действительно очень сложно, течение работает сильней, чем я в своем карбоне. Будь сейчас потеплей и костюм на мне полегче (я ведь в «девятке»), может, эффективней были бы мои усилия. У напарника на кукане уже висит судачок, пусть он и не такой крупный, но что нам пятерым с этого судачка? Раз тут сегодня только таких размеров трофей, то нужно взять еще хотя бы пару-тройку для ухи. Ныряю и выборочно достаю одного, затем второго. Иду за третьим, глаз нацелен на лежащее бревнышко, и вдруг! Мимо этого бревнышка, против течения, идет еще одно темно-серое, почти черное «бревнышко». Мать честная, сом! Понимаю, что довольно крупный. Наверно, килограмм двадцать точно в нем есть. Доля секунды на раздумье...

- Брать?!
- Второго шанса не будет, Вован! Бери!

Выстрел пришелся точно в загривок, гарпун вонзился надежно, и началась борьба! Он сорвался с места, как бык в самой зрелищной испанской корриде, подняв столб пыли, и понес меня против течения. Я прекрасно понимал, что если он засядет под коряги, то достать его мне будет очень сложно. Я ведь только видел эти крепи, он же их, видимо, просто знает наизусть. Поэтому мне нужно было стараться держать его на коротком поводке и подводить как можно ближе к берегу. А он мне и так и сяк не дает этого сделать. В моей практике встречались крупные сомы, но в этом здоровья и силы было в разы больше. Берег там крут, и как только я становлюсь ногой на твердую почву, он мощным рывком утягивает меня обратно на струю. Через какое-то время (после по компьютеру посмотрел, что двадцать минут прошло) соперник начал сдавать, и мне-таки удалось принять его за нижнюю губу. Я и сам на тот момент уже порядком запыхался, но рывком добрался до берега, чтоб хоть за травинку ухватиться. Трофей на кукан, мотор молотит. Успокаиваюсь, восстанавливаю дыхание. Благодарю Деда, хозяина Реки, за самый щедрый подарок и оставленные мне силы. Смотрю на своего сома.

- Прости меня, брат! Сегодня я хищник, а ты жертва. Пойдем теперь со мной. Мы с трудом переплыли на мой берег. На берегу я заметил скучающего Бориса. Махнул ему рукой, и он не спеша пошел ко мне навстречу.

- Помоги! – выплюнув трубку, я крикнул почти без сил.
- Ничего себе, Володя! Как? Я такое в первый раз вижу! Он же с меня ростом!
- Я сниму пояс и пойду позову народ. Побудь с ним пять минут.
- Конечно. Замерз?
- Какой там! Во мне сейчас кровь просто кипит!

Я пулей взлетел на крутой берег, в три прыжка добрался до нашего домика. Альберт мирно почитывал журнальчик, Серега с Ромкой дремали...

- Вставайте! Пошли на берег! Берите фотик и оденьтесь потеплее, там холодно по ходу...
- Что случилось?
- Пошли!

Рассказывает AltArt:

И вот на столе у нас густейшая судачья ушица (несколько хвостов-таки мы добыли). Сомяра задумчиво дубеет на легком морозце, подвешенный к балке. Завтра его ждет контрольное взвешивание. Весь вечер за общим столом «бойцы вспоминали минувшие дни и битвы, где вместе рубились они…» Фотографии и видео встреч с трофеями…

А поутру они вставали и один за другим, пересекая Дон, отправлялись на поиск трофея. Но трехчасовая в три ствола возня на рыбьем полигоне материально выраженных результатов не принесла. Никому из нас. Единственный, кто по-настоящему остался доволен, это Володя. Он предпочел ружью фотокамеру и был реально счастлив, когда ему удалось запечатлеть судака и стерлядку. Белгородцы отправились домой, чтоб по-светлому успеть пройти большую часть пути. Мы остались еще на день. Ближе к вечеру появились у нас гости – местные ребята, работающие на базе. От них мы услышали рассказы о ближайшей станице Усть-Хоперской, о Шолоховских местах, о Реке, которая преподносит иногда сюрпризы вроде того речного папашки, который висел на кондовой веревке во дворе. Взвешивание показало 47 кг! Пели песни казачьи, и не только, у нас была гитара. Вечер удался!

DSC_0008

Выспавшись, утром следующего дня стали собираться в дорогу. Володя еще накануне щедро, по-царски располовинил сома. Хвост увезли ребята, нам была пожалована головная часть. Себе добытчик не оставил ничего, сославшись на то, что места для такого монстра у него в квартире уже не хватит.

По пути хотелось заехать в пару мест, что мы и сделали. Одной из главных достопримечательностей округи является Спасо-Преображенский женский монастырь. Подъехав к Дону, обнаружили, что по правому берегу активно пошла шуга. Шумно, со звоном!

Первый монастырь на земле донских казаков, он был основан в 1665 г. по благословению Патриарха Никона на правом берегу р. Дон. В 1754 г. обитель была построена на новом месте – в шести километрах от ст. Усть-Медведицкая. «Казачья обитель, задуманная как пристанище на склоне лет для одиноких, не имеющих родни и приюта побывавших в бою рубак, она переживала взлеты и запустения, из мужской становилась женской, богатела и разорялась…» – читаю в путеводителе. Во время власти советской здесь располагалось зернохранилище, колония для малолеток, электростанция, пионерлагерь, место поселения осужденных.

В 90-е пришло время собирать камни, и монастырь был возвращен Русской православной церкви. Неизгладимое впечатление производит уникальный Храм Преображения Господня – о тридцати трех главах! Величественный Казанский собор огромен. В нем хранятся многочисленные святыни, главной из которых является Камень, на котором, по преданию, молилась Богородица. Сюда едет много паломников. Место знаковое и широко известное в округе.

От монахини-церковницы мы услышали историю монастыря, чудеса, происходящие с паломниками после посещения обители. В нижнем храме собора, возле ковчегов с мощевиками святых, одна из сестер рассказала о сути веры. И главный посыл был в том, что ничего с человеком не происходит просто так. И все нужно принимать с благодарностью. «Всякое жало притупится, если принимать его как из рук Божьих». Как знала. Или готовила…

Полтора часа мы пробыли в монастыре. А вернувшись к машине, не смогли ее завести. Ну, никак! И так и эдак… Выручило одно большое семейство, приехавшее в монастырь на «Волге». Сергей сам предложил отбуксировать нас в Михайловку, так как в Серафимовиче машину починить бы никак не смогли. Почти 100 км на тросе. Таких перегонов у меня еще не было. Зато на бензине сэкономили. Едва уговорил Сергея взять компенсацию – чисто символическую. Не оскудела наша земля на участливых людей. Машина – в сервисе. Мы в гостинице «Медуза». Чисто, уютно, недорого.

В этой непонятной ситуации «подводное братство» проявило себя как… братство! Явр в Москве у компа «пробил» отзывчивых волгоградцев-подвохов. Из Михайловки откликнулся Паша (Mix 34, если не путаю). Оперативно подъехал к сервису, где ночевала моя «инвалидка». Расплатившись за предварительную диагностику, двигаемся на буксире в «хороший сервис». По пути кратко обменялись своими сезонными историями на охоте. Павел с трудом воспринял то, что на Дону такой прозрак бывает. Разгружаем скарб в гараже у нашего нового знакомого. Отправляемся в сервис. «Ласточка» пристроена. Теперь остается ждать приговора мастеров. Ждать. Чего никто из нас не любит. А уже через полчаса, попрощавшись с Пашей, проводившим нас на станцию, мы мчимся в Москву на автобусе.

Как поют известные барды: «Покуда ноги есть, дорога не кончается, все не кончается и не кончается. Покуда …опа есть, с ней что-то приключается, и приключается, и приключается…»

Для меня лично эта поездка пока еще не закончилась. Она тянется вперед, в мутную мглу времени, как темный сомовий хвост. Очертания и масштабы неясны и обманчивы. Вот потому финала в наших историях не бывает. И многоточие предпочтительнее точки…

Эпилог от Yawor:

Как-то после охоты Сергей Esaul спросил меня:

- Володь, в чем твой секрет? Почему я рыбу даже не встретил за эти дни, а у тебя такой трофей?
- Я не знаю Серег. Пожалуй, в мыслях. Я к Реке по своему отношусь и к природе в целом. В воду я не иду, чтоб только брать, брать все подряд. Я с Рекой разговариваю, если хочешь. Не поверишь, но ее, Реку можно просто попросить, и она даст. Даст в разумных пределах, накормит, напоит, согреет. Или отомстит. Отомстит, если почувствует варварское к ней отношение. Может, нужно просто любить природу и уважительно относиться к тем существам на планете, которые живут рядом?

А вы как думаете?

фото: Альберт Топорищев (AltArt)