You are here: Путь подвоха Байки Трофейная Шри-Ланка

Трофейная Шри-Ланка

E-mail Печать PDF
2
В прошлом номере журнала мы опубликовали статью о «пляжном» варианте охоты на Шри-Ланке, ведь именно так пытается добывать рыбу большинство подвохов, оказавшись на отдыхе в экзотических странах. Прекрасно понятно, что шанс встретить серьезного пелагического хищника типа тунца, каранкса или ваху в таких местах близок к нулю. Надо выходить на «дальний кордон», где есть течение и глубина — то, что нужно для поиска большого трофея. Знать бы еще, где этот самый кордон и как туда попасть… Александр Горячий побывал в таких местах, о чем и решил поведать читателям МПО, которые теперь смогут выбрать свой вариант подводной охоты в Шри-Ланке.



Идея побывать на настоящей трофейной океанической подводной охоте посещала меня давно. До этого я пару раз побывал на Шри-Ланке, несколько раз в Греции, в Мексике, на Мальдивах, не говоря уже о нашем родном Чёрном море. Но все это была обычная рифовая охота, и крупного пелагического хищника мне стрелять еще не доводилось. Я задался целью, проработал несколько вариантов охоты и договорился с Константином Филиппенко о первой в моей жизни Blue Water Hunting. Я твердо уверен, что, не зная повадок и мест обитания рыбы, не имея навыков обращения с соответствующим снаряжением, не представляя специфику организации всей поездки, отправиться в такое путешествие без опытного напарника — дело безнадежное и небезопасное. Костя очень опытный охотник, побывал несколько раз и на Шри-Ланке, и на Бали, где охотился вместе с Андрэ Викаксана. В последнее время стреляет только крупного пелагического хищника и иногда обучает этому мастерству всех желающих. Это именно то, что мне и было нужно.

С Костей мы встретились в аэропорту Коломбо в день прилета. Позже, уже на месте, к нам присоединился третий ныряльщик — американец Коди и его ланкийский напарник по имени Бабу. Четыре человека — вот и весь коллектив.

Нас ждал микроавтобус «Тойота», арендованный прямо в аэропорту, 65 долларов в день. Деньги разменяли на рупии тут же в банке, не выходя из здания аэропорта. Погрузились в автобус, и выехали на восток острова в сторону Аккураипатту, Тирукковил, Поттувил. Семь часов пути, по дороге на шиномонтаже надули до двух атмосфер свои буйки и вот мы на берегу океана. Пошли смотреть жилье. Гостиница из десятка бунгало: дощатые стены, пальмовые крыши, потолков нет, на кроватях — по простому матрасу. Над кроватями — обсиженные мухами балдахины со следами многих пользователей. В номере — бетонный пол, две кровати, уличный душ, вентилятор, горячей воды нет. Рядом — затасканные гамаки, дорожки из тротуарной плитки, уложенной по песку. Впереди — кафе, за стойкой — очкастый пузатый менеджер, говоривший по-английски, за ним в тридцати метрах — океан. Цена за все удовольствие — 2500 рупий за номер без завтрака, это 20 долларов за ночь.

Заселившись, пошли гулять к океану. Океанический прибой сильно отличается от морского, но этот был особенный — волна начиналась довольно далеко от берега, что делало наш поселок местом, идеальным для серфинга. Народу на пляже мало — не сезон, наверное, поэтому и цена на отель невелика. После прогулки перекусили и начали собирать снарягу. Костя расчехлил и достал своего RIFFE — тик 170 см, четыре тяги, крылья по всей длине и гарпун 9,5 мм с ломающимся слип-типом без лепестков — я такого еще в руках не держал. Как я выяснил позже по каталогу, это была элитная серия всей линейки RIFFE — высший пилотаж среди серийных вариантов. У меня ружьишко послабее — тиковый арбалет 160 см мазаевской работы с тремя тягами и «омеровским» слип-типом. Катушек у нас не было по определению — только система двух буйков в связке с резиновым амортизатором. Ножи, костюмы, ласты — все как обычно, у каждого по запасному гарпуну.

Воскресенье, 16 февраля, — день нашей первой охоты. Проснулись затемно, приехали в конец пляжа, где нас уже ждал наш третий ныряльщик Коди (Cody Carothers) — американский друг, живший на Шри-Ланке. Погрузились и вышли на воду в полной темноте. Пока рассвело, мы уже мчались по волнам. Не штормило, но и штиля не было — обычный океан. Доехали до точки минут за сорок. Это была точка из навигатора Коди — Cody Point, как мы ее стали называть, и он сам руководил действиями своего лодочника Бабу.

Начали собирать буйки с ружьями. Я на Blue Water Hunting в первый раз, поэтому Коди объяснил тактику: заходим вверх по течению выше рифа, разматываем буйки, заряжаемся, дышим, готовимся к нырку и только над рифом ныряем. Зависаем вполводы, сплавляясь по течению, ждем крупного пелагического хищника. Делаем так по два-три нырка — кто сколько успеет до конца рифа, затем подзываем лодку, переезжаем вверх по течению на следующий заход, и так — целый день.

Вроде бы только недавно нырял в океане, а все равно первый заход в воду после перерыва — своеобразное начало. Далеко от берега вода чище и прозрачнее, но возле рифа обычно все меняется — и рыбы больше, и слизи, и продуктов различной морской жизнедеятельности. Здесь даже сверху было видно, что вода — настоящая океанская глазурь, цвет не меняется до самого дна, видимость больше пятнадцати метров. Как только я опустил лицо в воду, размотал и проверил буйки, как сразу заметил где-то там внизу, на двадцатке, несколько плавно движущихся тел с белыми пятнышками на хвостах. Это не просто рыбы — рыбины! Вот как выглядят тунцы вживую! Не теряя их из виду, начал заряжаться, продышался. Стая по-прежнему кружит на том же месте, плавно перемещаясь над рифом, точнее — над его краем. Край — это «бровка», резкий перепад глубин с выходами скальных пород. С одной стороны — камни и песчаное дно на 18–20 м, с другой — изрезанное трещинами плато и свал на 30 м. Знаю, что на первом нырке долго не высижу под водой, ныряю, плавно приближаюсь, но понимаю, что до выстрела еще далеко. Не теряя из виду рыбу, всплываю, просто любуюсь, подгребая ластами. В крови сразу же появился адреналин от первой встречи с тунцом, стараюсь дышать плавно, но получается не сильно. Пытаюсь успокоиться, как-то продышался снова, ныряю — впереди стая рейнбоу-раннеров. Стреляю точно в центр тела — попал! Вижу, как рыба стремится в глубину, и понимаю, что попадание слишком ненадежное — из-за небольшого подброса ружья гарпун вошел совсем рядом с верхним плавником. Вытягиваю линь — так и есть, сошла, оборвала сама себе спину. Пока заряжал ружье, риф уже закончился, начался песок, а над песком нырять нет смысла. Сделал пару нырков для очистки совести — никого даже не видел, надо звать лодку.

Переехали выше. Стаю тунца заметил только на втором нырке. Делаю несколько взмахов ластами в надежде догнать — нет, плавно уходят, даже не подпустили на выстрел. Вижу, как у Коди запрыгали буйки — кого-то подстрелил, но помощь не нужна. Как оказалось позже — барракуду на 15 кг, очень достойную! Со следующим переездом лодки я выпал вместе с американцем. Ныряем почти одновременно, вместе видим тунцов, но к нему стая ближе, проходит с его стороны. Я всплываю и сверху вижу уже только последствия выстрела Коди — буек уходит в глубину, а загарпуненный тунец выкручивается, пытаясь освободиться. Подзываю лодку, отдаю ружье и беру камеру, начинаю фото- и видеосъемку. Пока я плавал, Коди успел подтянуть тунца и добил его. Мы сделали несколько десятков снимков, один из которых теперь является его аватаром на фейсбуке. Американец чуть не светился от счастья — тунец был явно трофейный. Как выяснилось позже, 50 кг — самый крупный его экземпляр. В лодке нас уже ждал удовлетворенный Костя с тунцом поменьше — где-то под тридцатку, тоже обрыбился.

Со следующего захода я снова стрельнул рейнбоу-раннера, но снова не вытащил — слишком у него мягкие ткани, обрывает сам себя. Бабу был сверху и видел, как на меня вышла стая тунцов из восьми особей: пять повыше, трое поглубже, один из них просто гигант. Я решил идти за вожаком, хотя остальные были точно на расстоянии выстрела, и начал углубляться. Сократил дистанцию, прицеливаюсь сверху в спину, придерживаю ружье второй рукой, стреляю! Но даже не дострелил, видать, глазомер подвел. Расстроенный, всплываю, выматываюсь, а меня в лодке уже встречают расспросами — им, оказывается, Бабу уже все рассказал, как я нырял да как стрелял. Ребята подтверждают: дистанция, мол, действительно была великовата, надо еще ближе подпускать, пока не увидишь царапины на теле или «слезу в глазу». Да что мне расстраиваться, надо дальше нырять, на очередном заходе вываливаюсь снова. Зависаю в толще воды, поправляю линь, чтоб не запутался, и практически сразу на меня выходит тунец средних размеров. Наученный опытом, подпускаю ближе, еще ближе, теперь уж точно можно! Целюсь сверху под углом в черную спину, вижу даже зрачок в глазу, как мне и говорили — в общем, тянуть дальше некуда. Выстрел! Есть, попал, рывок в руку! Стоп, никакого рывка быть не должно — гарпун привязан напрямую к буйку, нагрузка идет прямо на линь, а ружье должно остаться у меня в руке. Ничего не понимаю! Быстрый взгляд на оконечность ружья — а там маленькая петля на лине — зацеп! И как результат — обрыв рыбы. Понимаю, что рыба ушла именно из-за этого. Всплываю, выматываю гарпун и вижу, что на «омеровском» слип-типе вырвало «с мясом» оба лепестка — их просто нет. Рыба с такой силой рванула, что лепестки не выдержали. Стало сразу ясно, что надо использовать слип-тип не с лепестками, а ломающийся, и проверять снаряжение на предмет мелочей на берегу. Расстроенный неудачей, я понуро поплелся в лодку — иначе мое состояние не назовешь. Меняю слип-тип, для продолжения охоты ставлю «самодел» с более мощными лепестками, который выточили мне дома токари по спецзаказу. До конца дня Костя стрельнул еще одного тунца килограмм на 25. Вылезаем в лодку, завершаем день, когда солнце уже в зените. Лодочники суетятся, поливают водой рыбу, чтоб не подсыхала, сверху накрывают тряпкой. Итог — одна барракуда, четыре тунца, один из них трофейный.


Подробнее читайте в №3 МПО

У вас нет прав для добавления комментариев.
Вы можете зарегистрироваться.